«Что со мной сделали эти чертовы изверги-пилигримы?!» – снова подумал полковник с нарастающим раздражением.

Начала понемногу возвращаться память. Полковник вспомнил, что покинул далекий Мир или Страну варваров почти на десять лет раньше положенного срока. Одновременно с этим пришел страх: «Зачем я это сделал?! В Империи меня за эту самоволку казнят!»

Память вновь выдала кусочек нового воспоминания, объясняющего столь опрометчивый на первый взгляд поступок.

– Ну да… – успокоился немного Амброй, почувствовав, как с него градом сошел холодный пот. Правда неясно от чего, то ли из-за пережитого потрясения, вызванного страхом смерти, то ли просто от наркотического отходняка.

«Ну да, – уже мысленно продолжил полковник. – Все дело в «Кольце». Я решил, что должен доставить его в Империю лично… Зачем? Ну да… чтобы лично убедить императора и ученый мир империи в его реальности и проследить за строительством».

Маар Амброй, почувствовав прилив сил, оперся на локти, приподнялся на кушетке и с превеликим трудом принял сидячее положение, свесив ноги. Он все еще размытым взглядом оглядел помещение.

С некоторым удивлением полковник осознал, что находится не в своей каюте, а в лазарете корабля пилигримов. Вот висит капельница с какой-то бесцветной жидкостью, игла все еще в его вене, и эта жидкость по капле вводится в организм, продолжая прояснять его сознание и освежать память.

«Вот только что я делаю в лазарете? – с тревогой подумал полковник. – Я заболел?»

– Можно и так сказать, сэр, – услышал он ответ находившегося за ширмой пилигрима-медика.

Полковник понял, что как минимум часть размышлений он неосознанно произнес вслух. И это ему очень не понравилось. Люди его профессии обязаны контролировать себя даже в самых жестких условиях иначе – в расход.

– Чем именно? – все же поинтересовался Маар Амброй, с большим трудом сфокусировав взгляд на собеседнике.

– Синдром замкнутого пространства, полковник. Не так много людей способны вынести взаперти годы путешествия.